Об искусстве

 

obhjkk

Фильмы Лушко

Клара Лучко: цыганки меня сватали за Будулая

Уроженка села Чутово Полтавской области впервые появилась на экранах советских кинотеатров в 19 лет от роду.
Сейчас в фильмографии народной артистки Советского Союза Клары Лучко более 60 ролей, среди которых работы в таких известных картинах, как «Кубанские казаки», «Большая семья», «Двенадцатая ночь», «Цыган», «Ларец Марии Медичи», «Мы, нижеподписавшиеся», «Возвращение Будулая». Недавно Лучко отметила день рождения.

С учётом пожеланий читателей «Труда» наш корреспондент напросился в гости к актрисе, чтобы побеседовать «за жизнь» в искусстве.

— Клара Степановна, что вам вспоминается из детства и юности?

— Особенно запали в память два случая. По призыву пограничников я отдала для службы на границе любимую овчарку Джульбарса. А в 6-м классе влюбилась в девятиклассника, красивого паренька по прозвищу Принц. Чтобы он меня заметил, пошла за ним на парашютную вышку и прыгнула с замирающим от страха сердцем. Принц благосклонно оценил мой поступок, но этим наши отношения и ограничились...

С ранних лет во мне воспитывали стойкость, стремление делать добро, умение чувствовать чужую боль. Я верю в судьбу, но считаю, что она все-таки зависит от этих качеств. Вот, например, когда поступала во ВГИК, там был конкурс в три этапа. К последнему туру допускалось только 12 человек. А я оказалась 13-й. Но я проявила настойчивость, и мне разрешили сдавать следующий экзамен, который, между прочим, шёл в аудитории номер 13. С тех пор это число считаю для себя счастливым.

— Студенческие годы — время вообще счастливое. В сталинскую пору, говорят, студенты неплохо жили...

— Нашу студенческую жизнь лёгкой не назовешь. Шла война. В холоде и голоде казахской эвакуации моя юношеская стойкость однажды дала трещину. Я тогда получила по «сахарной» карточке 48 шоколадных конфет. Твердо решила «растянуть удовольствие» и кушать строго по одной конфетке в день, но чувство голода пересилило, и слово своё я не сдержала — пока шла из магазина, съела все.

ВГИК я окончила уже после войны с красным дипломом. Мой мастер Сергей Аполлинариевич Герасимов записал в дипломной характеристике: "Тургеневская героиня, ей играть лирические классические роли... " И тут же расширил амплуа, сняв меня в роли комсомолки Марины в фильме «Молодая гвардия».

— Какие роли у вас самые любимые?

— Очень «громкой» была одна из первых моих картин — «Кубанские казаки» Ивана Пырьева. Именно с роли Даши Шелест началась моя большая жизнь в кино. Помню, на меня тогда обрушился шквал писем. Женихи со всей страны предлагали руку и сердце. Однако любимый человек у меня уже был. С Сергеем Лукьяновым мы впервые столкнулись в гримерке на съемках «Кубанских казаков». Он играл Гордея Ворона. Серёжа тогда внимательно посмотрел на меня и воскликнул: «Я пропал!» Но пропасть себе не дал. После выхода фильма на экран мы поженились. У нас родилась дочь Оксана. К сожалению, из-за болезни сердца Лукьянов умер рано — в 55.

К счастью, я не осталась одна. Через несколько лет познакомилась с писателем и журналистом Дмитрием Мамлеевым. Он пошел меня провожать, мы никак не могли поймать такси, потом долго бродили по улицам. Так до сих пор и идем вместе. Прошли уже через серебряную свадьбу.

— Слышала, что картину «Кубанские казаки» очень любил Сталин...

— Да. И название придумал именно он, когда был её первым зрителем. Первоначально фильм назывался «Весёлая ярмарка». За «Кубанских казаков» я вместе с некоторыми другими участниками киногруппы получила Государственную премию и орден. Кстати, фильм тогда закупили многие страны. Однако когда после ХХ съезда Хрущев навесил «Кубанским казакам» ярлык «лакировка действительности», фильм исчез с экранов. А во времена Брежнева о нём вспомнили: пленку отреставрировали, переозвучили и выпустили на экраны. Здорово фильму досталось в перестройку.

Сейчас с недоумением вспоминаю: а из-за чего был весь сыр-бор?! Ведь это просто весёлая музыкальная комедия с замечательными песнями Исаака Дунаевского, самые мелодичные из которых «Каким ты был, таким остался» и «Ой, цветет калина» поют в народе до сих пор.

Недавно настоящие казаки с Кубани вручили мне грамоту «Почетная казачка». Это оценка картины, которую только в первый год проката посмотрели 40 миллионов зрителей, а сейчас, по признанию кинокритики, она вошла в двадцатку самых популярных лент советского периода.

Кстати, мою работу в фильмах Александра Бланка «Цыган» и «Возвращение Будулая» признало не только казачество. Когда я была на съемках в Новороссийске, меня на рынке окружил табор цыган. Они заявили, что переживают за мою Клавдию и хотят, чтобы именно она вышла замуж за Будулая, а не молодая цыганка Настя: «Вы — добрая, хорошая. А Настя — злая».

— Я знаю, что за границей вас удостоили звания «женщина тысячелетия в области искусства»...

— Подозреваю, что не меня одну. Однако, не скрою, было приятно. Такую грамоту мне прислали в 2000 году из Кембриджа. Как раз в то время по экранам Великобритании прошел фильм Яна Фрида «Двенадцатая ночь», где я сыграла сразу три роли: Цезарио, Виолу и ее брата Себастьяна. Эту экранизацию высоко оценили шекспироведы. Это лишний раз доказывает, как важно бережно относиться к постановке классических произведений.

Я, например, не понимаю современных режиссеров, которые подгоняют Шекспира под своё убогое понимание искусства. Дескать, «я так вижу», а что там написал автор, их особенно не волнует. В таких постановках обязательно должны быть соответствующие времени декорации и костюмы. Это создаёт атмосферу, настроение и помогает актёрам раскрывать характеры и ту эпоху. Именно это нам интересно. Ведь никто не пытается перерисовать на свой лад «Джоконду» Леонардо да Винчи или рафаэлеву «Мадонну». А в сценических видах искусства нарушать авторский замысел почему-то позволяется.

— Вы много поездили по миру, в том числе и в советские времена. Заграничная жизнь вас поражала?

— Конечно, удивляла. Помню в 1955 году на Каннском кинофестивале фильм Иосифа Хейфица «Большая семья» получил специальный приз «За лучший актёрский ансамбль». Конечно, к нам, людям из Советского Союза, было приковано внимание не только прессы и зарубежных кинематографистов. Простые люди нами тоже живо интересовались.

Однажды в ресторане отеля нас обслуживали официант мсье Пьер и его помощник, парнишка лет шестнадцати. Обед шёл своим чередом, как вдруг юный помощник официанта случайно опрокинул мне на ногу чашку с кипятком для чая. Я закричала от боли и убежала в номер. Спустя несколько минут в дверь постучали. На пороге стояли перепуганные: хозяин ресторана, официант Пьер и его ни живой ни мёртвый помощник. Хозяин с улыбкой сочувствия вручил мне букет роз, предложил деньги за причиненный ущерб и пообещал уволить парнишку. Я отказалась от денег и просила никого не увольнять.

Когда вечером наша делегация пришла на ужин, то официанты встретили мое появление аплодисментами. И все оставшиеся дни нашего проживания в отеле мсье Пьер каждый раз баловал меня чем-либо вкусным сверх того, что полагалось.

— Что вы думаете о состоянии российского кино?

— Сейчас за рубежом проявляют интерес в основном к нашей киноклассике. Что-то сломалось в нашем кинематографе. Не всё в порядке с чувством собственного достоинства. Почему? Ведь у нас сейчас есть с десяток картин, снятых на очень хорошем уровне Павлом Чухраем, Андреем Звягинцевым, Валерием Тодоровским... Не надо стесняться своего и заискивать перед Западом.

— Чем вы сейчас занимаетесь?

— Снимаюсь в картине «Разводные мосты» и в комедии «Первый путь». В кино я до сих пор востребована. Перешла на возрастные роли и получаю немало предложений. Мне интересны разные образы. Конечно, почти в каждой роли есть что-то от исполнителя. Но тиражировать только самое себя, замыкаясь в узких рамках одного амплуа, — значит обречь себя на скорое завершение карьеры. Как это произошло с талантливыми Диной Дурбин в 26 лет и Греттой Гарбо в 36.

Открою вам секрет: недавно Юлий Гусман предложил мне сыграть в его новом фильме... актрису Клару Лучко. Это небольшая роль, но мне интересно, что получится из этой затеи.

— Меня не поймут женщины, если я не задам вопрос о ваших шляпках. Говорят, вам удалось «обойти» в этом пристрастии английскую королеву....

— Разве можно серьёзно нас сравнивать? При дворе этикет и многолетние традиции. А я просто привязалась к шляпкам с юности. Их у меня не так много — не более двадцати. Считаю, что эта часть туалета придаёт облику женщины пикантность.

Кстати, журналисты отметили, что на прошедшем Московском кинофестивале было два нетипичных события: мэр Москвы Юрий Лужков появился на публике без кепки, а Клара Лучко — без шляпки.

www.trud.ru

 

Предыдущая запись Аудокнига
Следующая запись Кто есть кто

Ваш комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Чтобы отправить комментарий, разрешите сбор ваших персональных данных .
Политика конфиденциальности

Яндекс.Метрика